Добавим несколько штрихов к содержанию нашего досье. Речь идет о свидетельстве этнографа из бывшего Бельгийского Конго, которого трудно заподозрить в предвзятости. Это Джордж Сэндрафт, долгое время живший в Руавде Урунди.

«В 1936 году я оказался на водоразделе Конго Нил на высотах между 2400 и 3599 метрами над уровнем моря, где сохранились последние оазисы первичного девственного леса. Однажды, ближе к полудню, возвращаясь с маршрута, я увидел при ярком солнце маленького медведя. Ростом он был меньше, чем карпатский медведь. Цвет был почти черный с коричневым отливом, с треугольником серебристых волос на лбу, отчетливо наблюдалось полное отсутствие хвоста; форма головы, маленькие круглые ушки, изгиб спины, относительно длинные ноги – все напоминало медведя. Но в Африке?» А ведь Сэндрафту это не приснилось. Сопровождавший его местный чиновник подтвердил сказанное ученым.

Чуть позже оказалось, что такого же зверя видели двое пигмеев народности батуа. У африканцев он известен под названием «исата» поедатель меда. Они даже добыли шкуру этого существа. Оказалось, что это редкий зверь, но тем не менее прекрасно известный охотникам и зоологам – медоед (Mellifora ratel). Живет он по всей Африке, в Аравии и Индии. Он, кстати, тоже может подниматься на задние лапы и обладает мощными когтями, густой шерстью, форма головы у него одновременно как у представителей куньих, так и медвежьих.

Я всегда был убежден, что медоед – некрупное животное, меньше размером, чем европейский барсук, но, заинтересовавшись рассказом сэра Сэндрафта, выяснил, что шкуры некоторых медоедов в Африке имели в длину один метр десять сантиметров! Почти как у некоторых медведей. Меня поразило другое. Серо серебристая полоса, которая пересекает голову и спину медоеда, как, скажем, у зориллы из семейства виверровых, – как же получилось, что это сочетание контрастных цветов. Черного и белого, осталось не замеченным столькими свидетелями?

В 1906 году Лидеккер описал в Западной Африке черного медоеда и посчитал его масть проявлением меланизма, то есть преобладанием темноокрашенных особей. Такое случается у леопардов. Мне кажется, что можно сказать о некоем новом виде, тем более что имеются сведения о целых семьях черных медоедов, у которых серебристая полоса отсутствует. Но о ком бы мы ни говорили, у нас есть доказательство того, что в Африке водится какой то некрупный зверь, похожий по всему на маленького черного медведя. Свидетельства натуралистов Тулсона, Хислопа и Андерсена доказывают, что речь идет о медоеде. Но ведь есть и другие наблюдения…

Осталось упомянуть таинственного тоо, о котором Г. Шомбургк собрал сведения в Восточной Африке. Размером с овцу, с зубами, как у собаки, черной шерстью и мерзким нравом. Не о нашем ли это знакомом – черном медоеде?

Нужно ли отвергать версию Сэндрафта о гигантском рателе? Необязательно. Доктор Уэлш отмечает, что в разных местностях медоеды сильно различаются ростом. Основываясь на измерениях пяти живых особей и 26 шкур и черепов, привезенных из разных мест, он замечает: Различие в размерах настолько велико, что я склоняюсь к мысли о двух разных видах. А уж о подвиде Mellifora ratel maxima можно утверждать точно!

Медведь нанди – два разных животных?

Мой друг, писатель Девисм, тоже занимающийся загадочными животными, предложил такую гипотезу: легенда о нанди бэре основывается на объединении в одном существе двух зверей – пятнистой гиены и медоеда. Кровавые подвиги первой приписываются некрупному, но агрессивному зверю, которого можно увидеть крайне редко. Не обвиняют ли безосновательно животное во всех смертных грехах?

И второе животное – медоед. В Африке достигает больших размеров, чем, скажем, в Индии. Его манера убивать также похожа на манеру нанди бэра. И наконец, у него, в свою очередь, много общего с медведем, как в одиночной охоте, так и вообще по кровному родству…

Медведь нанди наших дней – не медведь. Это местный апокалипсис, явившийся из тьмы веков собирательный образ четырех живых существ – огромного бабуина, черного медоеда, бурой гиены и колдуна. Не есть ли этот зверь, ходящий на задних ногах, дьявол, охотящийся ночью, персонаж фольклора племен нанди?

Френк Лейн рассказывал, что один энтузиаст построил несколько хижин на разных высотах от 3000 до 3800 метров над уровнем моря, чтобы поймать невидимку. Но – увы. Единственное, что остается сегодня, – кусок шкуры с длинными коричневыми волосами в Британском музее. Его до сих пор никто не может идентифицировать…