Так исторически случилось, что страны бывшего Советского Союза не имеют и в ближайшее время не обретут племенной базы, сравнимой с базой стран -- лидеров в молочном скотоводстве. Уж очень далеко разошлись наши дорожки в минувшем столетии. Годовой удой постсоветских коров в 4 раза меньше, чем канадских голштинок, на гектар фуража они производят соответственно в 14 раз меньше молока (600-900 кг против 9-12 тыс. кг) и на 1 кг потребленных комбикормов выдают в 4 раза меньше продукции (2-3 кг против 8-12 кг). Эта информация экспертов ЕС (Tacis, 1996) никак не вяжется с утверждениями авторитетов племенного дела о достижениях в нем отечественной племенной науки.

В мясном скотоводстве -- тоже ноль в результате разведения комбинированных пород (и для молока, и для мяса). Тот набор костей с остатками жесткого мяса коров молочных пород, который у нас поступает в продажу, в цивилизованных странах идет на изготовление собачьих консервов, а для людей выращивают специализированные породы мясного скота и их помесей.

Чтобы выбраться из этой «племенной ямы», для начала надо критически взглянуть на скот, который мы разводили на протяжении прошлого столетия. Используя статистические данные, можно определить племенную ценность стада рогатого скота, гордо именуемого национальным генофондом. Критерий оценки -- молочная продуктивность поголовья. Для чистоты подсчета взял последние 50 лет относительного благополучия страны -- без революций и войн (таблица 1).

Если бы благодарное человечество выставляло нашим селекционерам пятибалльные оценки по результатам их полувековой деятельности, гордиться нашему аграрному сообществу независимых государств было бы нечем. Единицу с плюсом селекции нашего скота выставила сама история.

По данным ФАО, за период с 1969 по 1989 г. хуже нас в мире прирастали удоем только Австралия и Франция (соответственно на 13,1 и 4 кг на корову в год). Причем у французов есть «оправдание»: сыропригодность молока они ценят выше всех других показателей. Десять стран лидеров с более чем миллионным поголовьем имели следующий ежегодный прирост молочной продуктивности: Англия -- 38,1 кг, Италия -- 41, Испания -- 43,5, Германия -- 45,5, Польша -- 46,3, Ирландия -- 72,5, Япония -- 74,1, Нидерланды -- 79,8, США -- 105,4, Канада -- 123 кг на корову в год.

В этом отношении показателен пример Венгрии, где 25 лет назад сделали ставку на голштинов и не ошиблись.

Средний ежегодный прирост продуктивности в полумиллионном голштинизированном стаде страны за 20 лет составил 125,4 кг на корову в год, удой вырос на 2509 кг -- с 2339 до 4848 кг. Это лучший в мире показатель селекционных достижений. Молочное стадо Украины, имея в 1991 г. такую же продуктивность коров, как и в Венгрии, прибавило в удоях за 15 лет независимости аж 300 кг (Венгрия -- 2,5 тыс. кг).